А уж как это весело, как здорово, мы проверили. И в городе, и в деревне, и в походе, и в Михайловском. На этот раз мы привезли свои пироги из Москвы.
Пока все пробуют пироги, а подвахтенная команда разносит чай, команда-соискательница угощает присутствующих Пирожным концертным номером. Тут никаких ограничений. Стихи, музыкальные или драматические отрывки, хореографические выступления. Чего мы только не видели и не слышали па этих конкурсах! И Суд над Бабой Ягой, и Концерт для дудочки-сопелки с оркестром, и представление в лицах на тему народной песни Черный ворон, ты не вейся надо мной, и сложную композицию с участием магнитофона, с акробатическими номерами, стихами и еще бог знает чем.
В конце конкурса торжественно объявляются результаты подсчета оценок, вручаются призы, раздаются сувениры.
...Подъем снова был в 6.00 и снова марш-атака — трехминутный перекур дотемна. Этот день был бешеный бег к финишу. Потом, уже в Москве, вспоминая его, ребята делились впечатлениями, которые ярче всех врезались каждому в память. Мне почему-то крепче всего запомнились рессоры старика-газика. Костровцы так нагрузили машину дерном, что рессоры выгнулись наоборот.
В сумерках, закончив работу, мы молча стояли и глядели на дело своих рук. В лесу, неподалеку от Черного Ганнибалова пруда, под сенью вековых елей таинственно и сумрачно возвышался поросший кустарником курган. Арка из дикого камня вела внутрь грота. Тяжелая дверь на кованых петлях была полуотворена и словно приглашала войти. Уже тогда, в тот первый день своего нового рождения, грот выглядел лет на сто пятьдесят, не меньше!