Самая несчастливая из нас оказалась Наташа Ш. И за что ее бог наказал?! Ее матрац сдувался о неимоверной быстротой. И, в конце концов, бедная Наташа забрасывает его в нашу перегнутую, как в параличе, палатку. Мы все начинаем придумывать план размещения. Идейная Ирина предлагает спать втроем на двух матрацах. Тут появляется Люба Гарусова и намекает, что один матрац должен быть в их палатке. Наташа А. начинает бешено сопротивляться, но Люба все-таки утаскивает один матрац. Мы, конечно, люди хитрые и умеем найти работу другому. Потому подсунули ей матрац Наташи Ш.
Теперь можно и отпраздновать новоселье. Отправились за рюкзаками, водворили их в палатку, залезли в нее сами. Новоселье прошло, как и все новоселья, весело и оживленно. Правда, не без помех (в лице Лазаревского). Но Наташка А. быстро устранила их, и Лазаревский, получив хорошую затрещину, убрался восвояси.
Но вот Люба подала сигнал на ужин, и мы начали поспешно вооружаться ложками, мисками и круяжами. После дружного и очень плотного ужина все отправились на отдых. Но тут начались новые осложнения. У Наташи Ш. от перегрузки желудка началась сильная головная боль. Но в конце концов все утряслось, и мы заснули...
Так проходила вечерняя жизнь в палатке девочек: Иры Шеломановой, Наташи Шевцовой и Наташи Абрамчевой. Примерно так же прошел вечер и в других палатках, но я ничего этого не видел, потому что до поздней ночи добирал последние недобранные вещи. Уже давно ушли грузовики, а я все курсировал на своем сером Жигули, который неизменно и верно служил нашему клубу много лет до самого своего выхода на заслуженный отдых (400000 километров!).
Вот в последний раз уложив наш походный двигатель — Ветерок-12 — в кабину, а багажник загрузив восемнадцатью канистрами с бензином, я прибыл в Кунцево.