Это означало, что Московский морской клуб ДОСААФ дает нам в аренду шлюпки, а мы ни копейки за это не платим, но гарантируем сохранность корабликов и всего имущества.
Все было не так лаконично, как я здесь описал. Разумеется, начальник клуба сперва удостоверился, что имеет дело не с авантюристом или с легкомысленным вертопрахом. На стол легли мои удостоверения яхтенного капитана и мастера спорта по парусу, а также официальное письмо от школы.
Мы получили в свое полное распоряжение отличные морские ялы с полным снаряжением и массой необходимых и таких дефицитных предметов, которые не представляют никакой ценности для людей сухопутных и при виде которых сладко сжимаются сердца людей водоплавающих...
Крутила февральская метель, когда наши машины добрались, наконец, до берега Москвы-реки, где лежали шлюпки, которые мы решили во что бы то ни стало привезти во двор школы. Для чего? С точки зрения здравого смысла тащить морские корабли (а шлюпки и есть хотя и небольшие, но самые настоящие морские корабли) в самый сухопутный район Москвы — в Черемушки, может быть, и не стоило. Но для нас вопрос решался совершенно иначе: шлюпки должны быть там, где клуб, и точка!
Ну а теперь настала очередь ребят испугаться: какие они огромные, как мы их погрузим в машину? Для людей непривычных шлюпка действительно кажется очень большой, громоздкой. Лишь одна помещается в кузове грузовой машины, да и то корма на три метра свисает за бортом кузова.
И тут я преподал будущим мореходам несколько первых уроков корабельных работ. На флоте очень часто приходится поднимать или передвигать очень тяжелые, громоздкие предметы, применяя при этом самые незначительные силы. Все дело в особых приемах работы и в сноровке. Ох, как мы копались в этот первый, самый первый раз! Все, конечно, перевезли благополучно. И тут не могу удержаться, чтобы не забежать вперед на год. Много раз в самых различных обстоятельствах мои ребята поднимали, переворачивали, грузили, сгружали, вытаскивали на берег, стаскивали с мелей наши шлюпки.