Главнейший и самый существенный недостаток структурной теории интересов тот, что она не улавливает глубочайшего различия, которое отличает интересы от инстинктивных потребностей, она устанавливает ряд функциональных и структурных отличий временных потребностей от настоящих, но не учитывает принципиальной разницы в самом существе, в самой природе обоих явлений, проще говоря, она не учитывает социальноисторической природы человеческих интересов. В сущности только человек в процессе исторического развития возвысился до создания новых движущих сил поведения, только в процессе исторической общественной жизни человека возникли, сложились и развились его новые потребности, сами природные потребности претерпели глубокое изменение в процессе исторического развития человека. Такого изменения человеческой природы в процессе исторического развития и исторического характера новообразований, которые можно назвать интересами, не учитывает структурная теория. Она подходит к интересам как к естественной, а не исторической категории, она рассматривает процесс развития интересов как аналогичный биологическим, органическим процессам созревания и роста, развитие интереса для нее подобно развитию яйца, она поэтому ищет аналогии в физике живого организма, рассматривая потребности, и временные потребности прежде всего, как источники органической энергии, забывая, что потребности человека многократно преломляются сквозь призму сложных общественных отношений. Она склонна рассматривать и онтогенез потребностей и интересов как органический, жизненный процесс по преимуществу, забывая о том, что развитие интереса в собственном смысле слова является в гораздо большей степени содержанием социально-культурного развития ребенка, чем его биологического формирования. Она упрощает поэтому сложные отношения между биологической, органической основой интересов и сложным процессом возникновения их высшей формации, процессом, являющимся частью общего врастания ребенка в жизнь того социального целого, к которому он принадлежит.

Она забывает, выражаясь словами К. Маркса, что потребность человека становится человеческой потребностью, а потому структурная теория наиболее состоятельна там, где развитие интересов совершается на наименьшем отдалении от развития их биологической основы; но то сложное сплетение двух линий развития — биологического и социально-культурного,— которое в действительности лежит в основе онтогенеза, оказывается, с точки зрения этой теории, неразрешимым, а образующие его линии недостаточно четко разделенными. В частности, мы уже указывали в одной из предыдущих глав,3 на то, что для правильного понимания основного гнезда биологических потребностей, из которого берет начало развитие интересов в переходном возрасте, необходимо учесть историческую природу человеческого влечения, историческую форму человеческой половой любви. На нее в плане филогенетического развития, кажется, первым обратил внимание Ф. Энгельс. «Современная половая любовь существенно отличается от простого полового влечения, от эроса древних. Во-первых, она предполагает у любимого существа взаимную любовь; в этом отношении женщина находится в равном положении с мужчиной, тогда как для античного эроса отнюдь не всегда требовалось ее согласие.

Во-вторых, сила и продолжительность половой любви бывают такими, что невозможность обладания и разлука представляются обеим сторонам великим, если не величайшим несчастьем; они идут на огромный риск, даже ставят на карту свою жизнь, чтобы только принадлежать друг другу, что в древности бывало разве только в случаях нарушения супружеской верности. И, наконец, появляется новый нравственный критерий для осуждения и оправдания половой связи; спрашивают не только о том, была ли она брачной или внебрачной, но и о том, возникла ли она по взаимной любви или нет? » (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч. , т. 21, с. 79—80). Ф. Энгельс говорит о новейшей индивидуальной любви между двумя лицами различного пола, об этом высоком нравственном процессе: первоначально историческая форма этой индивидуальной половой любви возникла лишь в эпоху средних веков, т. е. высшая форма человеческой потребности является исторической формой.